Неалкогольная жировая болезнь печени: новые возможности комбинированной терапии


С.М. Алехин, М.Н. Сомова

Неалкогольная жировая болезнь печени имеет высокую распространенность среди населения во всем мире. В патогенезе заболевания ведущая роль отводится инсулинорезистентности и оксидативному стрессу гепатоцитов с последующим развитием воспалительно-некротических изменений печени. Лечение направлено на борьбу с избыточной массой тела, преодоление инсулинорезистентности, предотвращение окислительного стресса, нормализацию биоценоза кишечника. Одним из перспективных направлений лечения является применение комбинированных гепатопротекторов, способных воздействовать на различные звенья патогенеза заболевания. Примером может служить комбинация эссенциальных фосфолипидов с веществами антиоксидантного и метаболического действий – витамином Е и L-карнитином.

В современном здравоохранении к одной из серьезных проблем относится неуклонный рост числа людей с ожирением и ассоциированными с ним заболеваниями, в т. ч. с неалкогольной жировой болезнью печени (НАЖБП) [1, 2]. Понятие НАЖБП объединяет стеатоз печени (накопление жира в гепатоцитах) и неалкогольный стеатогепатит (НАСГ) – последовательные стадии единого патологического процесса, исходом которого могут быть цирроз печени и гепатоцеллюлярная карцинома [3].

Общая распространенность НАЖБП в популяции колеблется от 10 до 40 %, тогда как частота НАСГ составляет 2–4 %. Среди пациентов с ожирением достоверно чаще регистрируются стеатоз печени и НАСГ [4]. НАЖБП является доказанным фактором риска развития сердечно-сосудистой патологии [5]. У пациентов с НАЖБП более высокая, чем в популяции, смертность от кардиоваскулярных осложнений, особенно в возрастной категории от 45 до 54 лет [6]. У 20–37 % пациентов с НАЖБП выявляется фиброз печени. В настоящее время НАЖБП занимает третье место в структуре причин трансплантации печени [7, 8].

Стеатоз печени (жировой гепатоз) – синдром жировой дистрофии печеночных клеток, характеризующийся патологическим накоплением жировых капель внутри гепатоцита и/ или внеклеточно. Морфологическим критерием стеатоза печени является содержание триглицеридов свыше 10 % от сухой массы.

Для НАСГ характерно появление морфологических изменений в ткани печени и повышение активности трансаминаз в плазме крови, схожих с изменениями при алкогольном поражении. При этом больные НАСГ не употребляют алкоголь в дозах, способных вызывать повреждение печени [9, 10].

Этиология НАЖБП имеет многофакторную этиологию. Выделяют первичную и вторичную формы НАЖБП. Причинами первичного заболевания традиционно считают ожирение, гиперили дислипидемию, сахарный диабет 2 типа. НАЖБП имеет много общих черт с метаболическим синдромом (МС). Идентичны предрасполагающие факторы и клинические проявления. У 90 % пациентов с НАЖБП присутствует хотя бы один из признаков МС, а у каждого третьего диагностируют все проявления МС [11].

Причиной вторичного жирового гепатоза чаще всего являются применение гепатотоксичных лекарственных препаратов (метотрексата, амиодарона, тетрациклина, глюкокортикостероидов и др.); быстрое снижение массы тела; заболевания, сопровождающиеся синдромом мальабсорбции; длительное нахождение на парентеральном питании; синдром избыточного бактериального роста в тонком кишечнике [9].

Патогенез

В результате воздействия этиологических факторов, наиболее распространенным из которых остается инсулинорезистентность, происходит увеличение поступления свободных жирных кислот (СЖК) в печень с нарушением их метаболизма, что в итоге приводит к депонированию липидов в гепатоцитах [12]. Стеатоз печени может прогрессировать в НАСГ. Накопленные СЖК являются субстратом перекисного окисления липидов. Активация процессов свободно-радикального окисления приводит к повреждению мембран и некрозу гепатоцитов, формированию гигантских митохондрий [9, 12]. Однако не у всех пациентов стеатоз печени трансформируется в НАСГ. Развитию окислительного стресса может способствовать прием некоторых медикаментов (например, амиодарона); повышенная экспрессия цитохрома CYP2E1 (генетически обусловленная или индуцируемая диетой с высоким содержанием липидов и низким содержанием пищевых антиоксидантов); избыток эндотоксинов, стимулирующих выработку провоспалительных цитокинов и хемокинов (фактора некроза опухоли [ФНО-α], моноцитарного хемотаксического протеина MCP-1, интерлейкинов-6, -8) [13–15].

Факторами риска дальнейшего прогрессирования НАСГ с исходом в цирроз печени являются повышенный уровень аланинаминотрансферазы (АЛТ), глюкозы и триглицеридов плазмы крови, повышенные показатели активности перекисного окисления липидов, а также пожилой возраст и значительно повышенный индекс массы тела [9].

В последнее время появились данные о том, что развитие неалкогольного стеатоза печени может происходить и вне зависимости от значений индекса массы тела. Даже не очень значительное повышение массы тела приводит к нарушению метаболизма липидов и перераспределению содержания их в организме [16].

Диагностика

Стеатоз печени имеет крайне скудную симптоматику. Незначительная часть больных отмечает признаки астеновегетативного синдрома (повышенную утомляемость, общую слабость) и дискомфорт в правом подреберье. Как правило, такие пациенты обращаются за медицинской помощью по другим причинам. Чаще всего НАЖБП сопутствуют сердечно-сосудистые заболевания (артериальная гипертензия, ишемическая болезнь сердца) и патология эндокринной системы (сахарный диабет, гипотиреоз).

В подавляющем числе случаев диагноз НАЖБП становится диагнозом исключения. Алгоритм диагностического поиска подразумевает тщательный сбор анамнеза для исключения злоупотребления алкоголем; проведение УЗИ гепатобилиарной зоны; развернутый биохимический анализ крови с определением уровней билирубина, АЛТ, аспартатаминотрансферазы, щелочной фосфатазы, гликемического профиля, липидного спектра плазмы. С целью исключения вирусной этиологии заболевания обязательно проводят исследование с целью определения маркеров вирусных гепатитов (HBV, HCV, HDV). Для исключения аутоиммунного гепатита определяют уровень церулоплазмина и α1-антитрипсина крови, исследование титров антинуклеарных и антимитохондриальных антител, а также антител к гладкой мускулатуре [4, 9, 10].

К сожалению, изменения лабораторных показателей неспецифичны и недостаточны для установления диагноза. Наиболее информативными способами верификации НАЖБП являются инструментальные методы диагностики (ультразвуковое исследование, компьютерная и магнитнорезонансная томография) и пункционная биопсия с последующим морфологическим исследованием гепатобиоптата [17].

Лечение

Стратегическая цель лечения пациентов с НАЖБП заключается в том, чтобы замедлить прогрессирование болезни, не допустить трансформации стеатоза печени в НАСГ, а НАСГ – в цирроз печени.

Поскольку НАЖБП ассоциируется с ожирением, одним из главенствующих немедикаментозных методов лечения остается снижение массы тела. При этом масса тела должна уменьшаться постепенно. Пациентам рекомендуется сокращать употребление продуктов, богатых быстроусвояемыми углеводами и насыщенными жирами, а также увеличивать физические нагрузки.

Целесообразен индивидуальный подбор диеты, а также адекватной возрасту и состоянию физической нагрузки. Универсальной рекомендацией для всех больных с НАЖБП может служить включение в питание омега3-полиненасыщенных жирных кислот, фруктов и овощей, обладающих низким гликемическим индексом и высоким содержанием волокон. При этом нужно учитывать, что быстрое снижение массы тела (более чем на 0,8–1,0 кг за неделю) может приводить к ухудшению состояния печени, ускорять прогрессирование стеатоза и НАСГ [1, 11].

При ведении пациентов с НАЖБП необходимо учитывать все возможные факторы риска поражения печени у конкретного пациента, при этом обязательна отмена потенциально гепатотоксичных лекарственных средств, включая фитопрепараты.

Медикаментозное лечение пациентов с НАЖБП подразумевает использование лекарственных средств, воздействующих на основные звенья патогенеза заболевания [18]:

  • коррекция метаболических нарушений: преодоление инсулинорезистентности (метформин, тиазолидиндионы); нормализация липидного профиля плазмы крови (статины, фибраты); уменьшение концентрации ФНО-α (пентоксифиллин);
  • предупреждение оксидативного стресса, воспалительнонекротических изменений в печени: антиоксиданты и гепатопротекторы (витамин Е, N-ацетилцистеин, α-липоевая кислота, силибинин, фосфолипиды, L-карнитин, урсодезоксихолевая кислота, бетаин);
  • предупреждение эндотоксемии и восстановление микробиоценоза кишечника: кишечные антисептики, преи пробиотики [19].

Понимание патогенеза НАЖБП индуцировало активное исследование эффективности при данной патологии гепатопротективных средств с плейотропностью фармакологического действия. С целью коррекции морфологических и функциональных нарушений печени применяются средства растительного происхождения, препараты эссенциальных фосфолипидов (ЭФЛ), урсодезоксихолевой кислоты, а также препараты и биологически активные добавки к пище, содержащие витамин Е, N-ацетилцистеин и другие вещества с антиоксидантным и метаболическим действиями.

Одним из широко используемых и патогенетически обоснованных направлений терапии при НАЖБП является применение препаратов ЭФЛ, получаемых в результате переработки соевых бобов. В медицине ЭФЛ используются более полувека, их эффективность была доказана в экспериментальных и клинических исследованиях.

Активными ингредиентами ЭФЛ являются полиненасыщенные фосфатидилхолиновые молекулы, основной из которых считается 1,2-дилинолеоил-фосфатидилхолин (ДЛФХ). Именно полиненасыщенная форма отличает ЭФЛ от фосфолипидов мембран клеток человека, в которых преобладают насыщенные или мононенасыщенные жирные кислоты [20]. ДЛФХ более эффективно, чем насыщенные жирные кислоты, встраивается в клеточные мембраны, нормализует мембранозависимые процессы обмена в гепатоцитах. Этому содействует способность ЭФЛ подавлять процессы перекисного окисления липидов. Применение ЭФЛ при НАЖБП обусловлено их комплексным влиянием на восстановление клеточных мембран, а также противовоспалительным, антиоксидантным, антифибротическим и липидкорригирующим действиями [21–23]. Способность ДЛФХ оказывать влияние на развитие стеатоза печени было показано в эксперименте. У животных, получавших пищу с высоким содержанием фосфатидилхолина, происходило снижение уровня липидов в крови и уменьшение накопления триглицеридов в гепатоцитах [24].

Положительное влияние ЭФЛ на течение НАЖБП доказано в ряде клинических исследований. Достоверно показана способность ЭФЛ на фоне длительного приема вызывать стойкое улучшение функционального состояния печени и липидного спектра крови со снижением уровня общего холестерина и триглицеридов [20, 23, 25]. При этом по гиполипидемической эффективности ЭФЛ сопоставимы с никотиновой кислотой [26].

В связи с вышеизложенным ЭФЛ могут выступать в качестве альтернативного средства лечения дислипидемий, что крайне важно при сочетании МС и НАЖБП, когда применение гиполипидемических препаратов (статинов, фибратов, никотиновой кислоты) ограничено их потенциальной гепатотоксичностью. Целесообразность назначения препаратов ЭФЛ пациентам с НАЖБП не вызывает сомнений, особенно в случае выявления у пациента высокого риска развития сердечно-сосудистых осложнений.

Интересным представляется направление создания новых комбинаций, сочетающих ЭФЛ с мощными антиоксидантами и митохондриотропными веществами. В последнее время появились средства, в которых ЭФЛ сочетаются с веществами, потенцирующими их гепатопротекторное действие. Одним из новых и перспективных гепатопротекторов комбинированного состава является Гепагард Актив® (НПФ БИОС, Россия). В состав Гепагард Актива® входят ЭФЛ (222 мг) и биологически активные соединения, которые действуют синергично с ЭФЛ, повышая их эффективность и усиливая гепатопротективный эффект, – L-карнитин (93 мг) и витамин Е (1,5 мг). Применять Гепагард Актив® рекомендуется не менее одного месяца по 1 капсуле 3 раза в сутки во время еды. Средство не противопоказано беременным и кормящим женщинам (необходимо согласование с лечащим врачом), не содержит красителей и консервантов.

Содержащийся в гепатопротекторе Гепагард Актив® L-карнитин является производным γ-аминомасляной кислоты, впервые был получен в 1905 г. из экстракта мышечной ткани (лат. carnis – мясо). L-карнитин необходим для нормального функционирования митохондрий, играет ключевую роль в окислении жирных кислот и энергетическом обмене. Помимо обеспечения транспорта СЖК через внутреннюю мембрану митохондрий L-карнитин модулирует скорость их окисления, участвует в апоптозе и детоксикации ксенобиотиков [27, 28].

Недостаток карнитина в тканях во многих случаях обусловлен недостаточным его поступлением с пищей, только около 10 % потребности возмещается за счет собственного синтеза в организме. Потребность в карнитине существенно возрастает при беременности и кормлении грудью, интенсивных физических нагрузках, а также при заболеваниях сердца и почек, сахарном диабете. Кроме того, дефицит карнитина могут вызывать некоторые лекарства (вальпроаты, ибупрофен, пивалоилсодержащие и антрациклиновые антибиотики). При недостатке L-карнитина замедляется обмен липидов, а избыток СЖК депонируется в виде жировых включений в гепатоцитах [28, 29].

Добавление к ЭФЛ L-карнитина способствует более эффективной доставке и включению фосфолипидов в мембраны гепатоцитов, увеличивает дезинтоксикационную и белково-синтетическую функции печени. В исследованиях показано, что применение L-карнитина сопровождается достоверным уменьшением уровней липидов в крови, повышенной мобилизацией СЖК из жировой ткани, что эффективно предупреждает стеатоз печени и гепатоцеллюлярную карциному [30].

В связи с доказанным вкладом в развитие НАЖБП оксидативного стресса представляется крайне важным применение в комплексном лечении стеатоза и НПСГ-средств с высокой антиоксидантной активностью.

В клинических исследованиях продемонстрирована высокая эффективность применения при НАЖБП одного из самых мощных антиоксидантов – витамина Е. Длительное применение пациентами препаратов витамина Е сопровождается статистически значимым снижением активности ферментов печени, уменьшением воспалительной реакции в биоптатах печени [31–33].

Таким образом, проблема НАЖБП представляет несомненную актуальность для современного здравоохранения и значимость для врачей разных специальностей. В комплексном лечении пациентов с НАЖБП и МС перспективно сочетанное применение ЭФЛ с L-карнитином и витамином Е в составе Гепагарда Актива®. Комбинированный гепатопротектор улучшает метаболическую и детоксикационную функции печени, уменьшает проявления стеатоза, снижает уровень атерогенных фракций липидов в крови. Особенно Гепагард Актив® показан пациентам, страдающим избыточной массой тела, ожирением, сахарным диабетом и дислипидемией.


Литература


1. Драпкина О.М., Попова И.Р. Роль ожирения в развитии артериальной гипертензии и неалкогольной жировой болезни печени // Consilium Medicum 2012. No 14(12). С. 72–6.


2. Аметов А.С. Избранные лекции по эндокринологии. М., 2012. 544 с.


3. Cheung O, Sanyal AJ. Recent advances in nonal- coholic fatty liver disease. Curr Opi Gastroenterol 2009;25:230–37.


4. Hamaguchi M, Takeda N, et al. Identification of individuals with non-alcoholic fatty liver disease by the diagnostic criteria for the metabolic syndrome. World J Gastroenterol 2012;18(13):1508–16.


5. Misra VL, Khashab M, Chalasani N. Nonalcoholic Fatty Liver Disease and Cardiovascular Risk. Current Gastroenterology Reports 2009;11: 50–5.


6. Dunn W, Xu R, Wingard DL, et al. Suspected nonalcoholic fatty liver disease and mortality risk in a population-based cohort study. Am J Gastroenterol 2008;103:2263–71.


7. Ong JP, Pitts A, Younossi ZM. Increased overall mortality and liver-related mortal- ity in non-alcoholic fatty liver disease. J Hepatol 2008;49:608–12.


8. Кособян Е.П.. Смирнова О.М. Современные концепции патогенеза неалкогольной жировой болезни печени // Сах. диабет 2010. No 1. С. 55–64.


9. Подымова С.Д. Болезни печени: Руководство. 4-е изд., перераб. и доп. М., 2005. 768 с.


10. Мехтиев С.Н., Зиновьева Е.Н., Мехтиева О.А., Соколовский С.В. Современный взгляд на патогенез, диагностику и лечение неалкогольной жировой болезни печени // Профилактическая и клиническая медицина 2010. No 3–4(36–37). С. 113–17.


11. Marchesini G, Bugianesi E, Forlani G, et al. Nonalcoholic fatty liver, steatohepatitis, and the metabolic syndrome. Hepatology 2003;37:917–23.


12. Koek GH, Liedorp PR, Bast A. The role of oxidative stress in non-alcoholic steatohepatitis. Clin Chim Acta 2011;412:1297–305.


13.Tilg H, Diehl AM. Cytokines in alcoholic and nonalcoholic steatohepatitis. N Engl J Med 2000;343:1467–76.


14.Lalor PF, Faint J, Aarbodem Y, Hubscher SG, Adams DH. The role of cytokines and chemo- kines in the development of steatohepatitis. Semin Liver Dis 2007;27:173–93.


15. Kishimoto T. IL-6: from its discovery to clinical applications. Int Immunol 2010;22:347–52. 16. Chang Y, Ryu S, Sung E, et al. Weight gain within the normal weight range predicts ultrasono- graphically detected fatty liver in healthy Korean men. Gut 2009;58:1419–25.


17. Мехтиев С.Н., Гриневич В.Б., Кравчук Ю.А., Бращенкова А.В. Неалкогольная жировая болезнь печени: клиника, диагностика и лечение // Лечащий врач 2008. No. 2. С. 29–37.


18. Kaser S, Ebenbichler CF, Tilg H. Pharmacological and non-pharmacological treatment of non- alcoholic fatty liver disease. Int J Clin Pract 2010;4:968–83.


19. Кучмин А.Н., Резван В.В., Евсюков К.Б. и др. Состояние микробиоценоза кишечника у больных с неалкогольной жировой болезнью печени и способы его коррекции // Воен.- мед. журнал 2010. Т. 331. No 6. C. 20–6.


20. Балукова Е.В., Успенский Ю.П. Плейотропные эффекты эссенциальных фосфолипидов у больных с метаболическим синдромом // Гастроэнтерология 2011. No 2. С. 31–5.


21. Буеверов А.О., Ешану В.С., Маевская М.В., Ивашкин В.Т. Эссенциальные фосфолипиды в комплексной терапии стеатогепатита смешанного генеза // Клин. перспективы гастроэнтерол., гепатол. 2008. No 1. С. 17–22.


22. Драпкина О.М. Применение эссенциальных фосфолипидов в комплексной терапии стеатогепатита смешанного генеза // Consilium Medicum. Гастроэнтерология (Прил.) 2009. No 2. С. 3–5.


23. Ohbayashi H, et al. The therapeutic effect of polyenephosphatidilcholine (EFL) on NASH. Liver, Bile and Pancreas 2006;52:637–42.


24. . Shirouchi B, Nagao K, Inoue N, et al. Effect of dietary omega 3 phosphatidyl- choline on obesity-related disorders in obese Otsuka Long- Evans Tokushima fatty rats. J Agric Food Chem 2007;55:7170–76.


25. Панчук М.С. Неалкогольная жировая болезнь печени. Место эссенциальных фосфолипидов // Гастроэнтерология 2011. No 2. С. 40–3. 26. Klimov AN, Konstantinov VO, Lipovetsky BM, et al. Essential phospholipids versus nicotinic acid in the treatment of patients with type IIb hyperlipoproteinemia and ischemic heart disease. Cardiovasc Drugs Ther 1995;9:779–84. 27. Копелевич В.М. Витаминоподобные соединения L-карнитин и ацетил-L- карнитин: от биохимических исследований к медицинскому применению // Укр. биохимич. журнал 2005. Т. 77. No 4. С. 25–45.


28. Jin-Lian Li, Qiao-Yun Wang, et al. Effects of L-carnitine against oxidative stress in human hepatocytes: involvement of peroxisome pro- liferator-activated receptor alpha. J Biomed Sci 2012;19(1): 32.


29. Marcovina SМ, et al. Translating the basic knowledge of mitochondrial functions to meta- bolic therapy: role of L-carnitine. Transl Res 2013;161(2):73–84.


30. Chang B, Nishikawa M, Nishiguchi S, Inoue M. L-carnitine inhibits hepatocarcinogenesis via protection of mitochondria. Int J Cancer 2005;113:719–29.


31. Pacana T, Sanyal AJ. Vitamin E and nonalcoholic fatty liver disease. Curr Opin Clin Nutr Metab Care 2012;15(6):641–48.


32. Harrison SA, Torgerson S, Hayashi P, Ward J, Schenker S. Vitamin E and vitamin C treat- ment im-proves fibrosis in patients with non- alcoholic steatohepatitis. Am J Gastroenterol 2003;98:2485–90.


33. Sanyal AJ, Chalasani N, et al. Pioglitazone, vita- min E, or placebo for nonalcoholic steatohepati- tis. N Engl J Med 2010;362:1675–85.


Похожие статьи


Бионика Медиа