Введение
Ингибиторы натрий-глюкозного котранспортера-2 (иНГЛТ2), в основном используемые в лечении сахарного диабета 2 типа (СД2), недавно привлекли внимание из-за их потенциальных преимуществ для сердечно-сосудистой системы. ИНГЛТ2 получили обоснование в качестве стандартной терапии сердечной недостаточности, что подтверждено рекомендацией класса I в клинических рекомендациях Европейского общества кардиологов по сердечной недостаточности 2021 г. [1]. Различные глифлозины продемонстрировали значимые положительные эффекты у пациентов с СД2 и без статуса диабета в снижении риска неблагоприятных сердечно-сосудистых исходов, особенно госпитализаций по поводу сердечной недостаточности (СН) и смертности от всех причин [2]. Общепризнанно, что прямое влияние иНГЛТ2 на миокард и системные эффекты способствует кардиопротекторному действию в рамках концепции «CаRеMе» (Cardio-renal-metabolic) коморбидности при СД и смещению парадигмы лечения с узкого фокуса на гликемическом контроле к более широкой цели – снижению заболеваемости, смертности и осложнений со стороны органов-мишеней [3].
Недавние фундаментальные и клинические исследования показали, что иНГЛТ2 обладают антиаритмическими эффектами [4].
Ингибиторы НГЛТ2 и аритмии
Сердечные аритмии связаны с повышенной заболеваемостью и смертностью, особенно среди пациентов с СД2, СН или хронической болезнью почек (ХБП) [5, 6]. По сравнению с пациентами без СД2 у пациентов с СД2 на 49 и 102% повышался риск фибрилляции предсердий (ФП) и внезапной сердечной смерти [7].
Первый мета-анализ, в котором была проведена оценка сердечно-сосудистых исходов, включая аритмии, основан на результатах 35 РКИ с применением иНГЛТ2 и участием 34 987 пациентов с СД2 [8]. Объединенные результаты показали, что иНГЛТ2 по сравнению с плацебо значительно снижают смертность от всех причин (ОР=0,79; р<0,001), частоту серьезных неблагоприятных сердечных событий (МАСЕ) (ОР=0,8, р<0,001), нефатального инфаркта миокарда (ОР=0,85; р=0,03) и СН/госпитализации по поводу СН (ОР=0,67; р<0,001), но не было отмечено значимой разницы в частоте фибрилляции предсердий (ФП) (ОР=0,61; 95% ДИ: 0,31–1,19) ввиду широкого диапазона значений.
Последующий ряд мета-анализов был специально направлен на изучение влияния класса иНГЛТ2 на частоту развития аритмий в разных популяциях пациентов (табл. 1). Так, в более крупном мета-анализе 34 РКИ с участием 63 166 пациентов с СД и/или СН проводилась оценка влияния иНГЛТ2 на исходы, связанные с аритмиями [9]. В исследованиях применялись канаглифлозин, дапаглифлозин, эмпаглифлозин и эртуглифлозин; период наблюдения варьировался от 24 недель до 5,7 года. Результаты анализа выявили 624 случая предсердной аритмии по сравнению с 30 в предыдущем мета-анализе, что позволило преодолеть ограничение низкой мощности предыдущего исследования. В 32 РКИ проводилась оценка случаев развития ФП и кумулятивная частота составила 3,6 на 1000 пациенто-лет, а снижение риска – на 19% (ОР=0,81; р=0,008). В 14 исследованиях оценивали эпизоды развития желудочковых аритмий (желудочковая тахикардия, фибрилляция желудочков, трепетание желудочков, желудочковая аритмия и трепетание-мерцание желудочков) и совокупная частота на фоне терапии иНГЛТ2 была низкой – в среднем 1,4 на 1000 пациенто-лет (ОР=0,85; р=0,23). В 32 исследованиях изучалась частота внезапной сердечной смерти, и на фоне терапии иНГЛТ2 кумулятивная частота была 2,5 на 1000 пациенто-лет со значительным относительным снижением риска – на 28% (ОР=0,72; р=0,03) по сравнению с контролем.
Схожие результаты по влиянию иНГЛТ2 на развитие различных аритмий получены в двух других крупных мета-анализах. В одно из них было включено 22 РКИ с участием 52 115 пациентов смешанной когорты (СД, ХБП или СН) [10]. В исследованиях применялись канаглифлозин, дапаглифлозин, эмпаглифлозин или эртуглифлозин; период наблюдения варьировался от 0,1 до 4,2 года. Так, терапия иНГЛТ2 сопровождалась значимым снижением риска развития случаев ФП (на 18%) (ОР=0,82) и случаев желудочковой тахикардии на 27% (ОР=0,73). Кроме того, было отмечено значимое снижение риска развития эмболического инсульта (на 68%) (ОР=0,32; 95% ДИ 0,12–0,85). Оценка отдельных препаратов класса иНГЛТ2 на развитие аритмий не выявила гетерогенности. В другом мета-анализе 32 РКИ с участием 60 594 пациентов с СД также в группе иНГЛТ2 отмечен значительно сниженный риск предсердных аритмий (ОР=0,86; р=0,04) или ФП/ТП (ОР=0,85; р=0,03) по сравнению с плацебо, но не было существенных доказательств того, что иНГЛТ2 снижают риск желудочковых аритмий (ОР=0,94; р=0,69) [11].
Последующий мета-анализ, объединивший специальные РКИ по изучению сердечно-сосудистых исходов на фоне лечения препаратами класса иНГЛТ2 (12 РКИ; n=77 470), также показал более низкий риск развития случаев тахикардии (ОР=0,86; р=0,002), наджелудочковой тахикардии (ОР=0,84; р=0,002), ФП (ОР=0,86; р=0,02) и ТП (ОР=0,75; р=0,04) у пациентов с СД2, СН и ХБП, но не выявил влияния на риск желудочковых аритмий [12].
Более детальное изучение влияния иНГЛТ2 на частоту развития желудочковых аритмий проведено в мета-анализе 19 РКИ с 55 590 пациентами смешанной группы с СД, СН, ХБП [13]. Объединенные данные показали, что терапия иНГЛТ2 не была связана с более низким риском желудочковых аритмий по сравнению с контролем (ОР=0,84; р=0,14). Однако в субанализе подгруппы с применением малых доз иНГЛТ2 показано значимое снижение желудочковых аритмий – на 55% по сравнению с контролем (ОР=0,45; р=0,009) или на 54% по сравнению с плацебо (ОР=0,46; р=0,01).
Анализ влияния иНГЛТ2 на частоту предсердных и желудочковых аритмий в когорте пациентов с СН проведен по данным 9 РКИ (n=10 344) [14]. Было выявлено, что терапия иНГЛТ2 по сравнению с плацебо сопровождалась снижением частоты предсердных аритмий: риск комбинированного исхода ФП/ТП был снижен на 34% (ОР=0,66; p<0,05), риск ФП на 37% (ОР=0,63; p<0,05); только по частоте ТП не было влияния (ОР=1,09). Анализ исходов желудочковой аритмии (фибрилляции желудочков, желудочковой тахикардии) не показал значимого эффекта иНГЛТ2 (ОР=0,95; р=0,86).
Последнее обобщение результатов всех исследований с иНГЛТ2 до 2023 г. по влиянию на аритмии нашло отражение в новом масштабном мета-анализе с большим размером выборки и широким спектром популяции пациентов (33 РКИ; n=88 098) [15]. Оценивались все исходы, связанные с аритмиями, в т.ч. ФП, ТП, комбинированный исход ФП/ТП, фибрилляция желудочков, желудочковая тахикардия, желудочковая экстрасистолия, внезапная сердечная смерть, комбинированный исход желудочковых аритмий и внезапной сердечной смерти. Объединенные результаты показали, что применение иНГЛТ2 вызвано значительно более низким риском ФП (ОР=0,88; р=0,04) и ФП/ТП (ОР=0,86; р=0,01). Благоприятное влияние на предсердные аритмии было наиболее выражено у пациентов с СН и низкой ФВ (ОР=0,66) для принимавших дапаглифлозин (ОР=0,78) и при сроке наблюдения >1 года (ОР=0,87). Снижение риска внезапной сердечной смерти отмечено только в группе пациентов с СН (ОР=0,67; р=0,05). Не было выявлено значимого влияния иНГЛТ2 на исходы желудочковой аритмии.
Таким образом, комплексное изучение антиаритмических эффектов иНГЛТ2 показало преимущественное влияние на предсердные аритмии, преимущественно на ФП, со снижением риска внезапной сердечной смерти (см. таблицу).
Ингибиторы НГЛТ2 и фибрилляция предсердий
Общепризнанно, что СД является независимым фактором повышенного риска развития ФП и ТП [16]. Основные механизмы их развития объясняют инсулинорезистентностью и метаболическим синдромом, которые вызывают ремоделирование миокарда и расширение эпикардиальной жировой ткани, что приводит к опосредованному воспалением сердечному фиброзу, дилатации предсердий и электрофизиологическим нарушениям [16].
Первым сообщением о снижении риска ФП на фоне терапии иНГЛТ2 у пациентов с СД2 и высоким сердечно-сосудистым риском получены в результатах РКИ DECLARE-TIMI 58 (Dapagliflozin Effect on Cardiovascular Events-Thrombolysis in Myocardial Infarction 58, n=17 160): специальный анализ показал в группе дапаглифлозина достоверно более низкий риск развития ФП/ТП – на 19% по сравнению с плацебо (ОР=0,81; р=0,009) [17].
В первом мета-анализе крупных РКИ по оценке влияния иНГЛТ2 на сердечно-сосудистые исходы у пациентов с СД (EMPA-REG OUTCOME, CANVAS, CANVAS-R, DECLARE-TIMI 58, CREDENCE, DAPA-HF, VERTIS-CV, DAPA-CKD, n=55 966) было установлено значимое снижение частоты случаев ФП (0,9 против 1,1% на плацебо) и снижение относительного риска на 21% (ОР=0,79; р=0,004) [18].
В более крупном мета-анализе 31 РКИ в когорте пациентов с СД (n=75 279) подтверждено наличие меньшей частоты случаев и рецидивов ФП/ТП на фоне терапии иНГЛТ2 (1,1 против 1,5% на плацебо) и снижение риска на 25% (ОР=0,75; р<0,0001) [19]. Различий по снижению случаев ФП или ТП не было (ОР=0,75 и ОР=0,74 соответственно) также не было выявлено существенного влияния длительности терапии (мене/более 2 лет) на данный эффект. В трех исследованиях сообщалось о госпитализации по причине СН/смерти от сердечно-сосудистых заболеваний, стратифицированных по анамнезу ФП на момент включения, и иНГЛТ2 по сравнению с плацебо приводили к более низкому риску исхода (ОР=0,70) вне зависимости от наличия/отсутствия ФП/ТП в анамнезе.
Дополнительный анализ по оценке влияния иНГЛТ2 на сердечно-сосудистые исходы у пациентов с анамнезом ФП проводился в специальном мета-анализе 6 РКИ (n=38 529) [20]. Лечение иНГЛТ2 было достоверно связано со снижением риска комбинированной конечной точки (госпитализация по поводу СН и смертность от сердечно-сосудистых заболеваний) у пациентов с ФП на 19% (ОР=0,81, p<0,001), что согласуется с данными по общей популяции пациентов. иНГЛТ2 также приводили к значимому снижению риска госпитализации по поводу СН у пациентов с ФП – на 24% (ОР=0,76, р<0,001).
Эти результаты нашли подтверждение в крупном ретроспективном когортном исследовании в условиях реальной клинической практики в Южной Корее с включением 11 012 пациентов с СД и анамнезом ФП (средний возраст – 71 год) в период наблюдения с 2014 по 2021 г. [21]. Первичной конечной точкой была совокупная смертность от всех причин или госпитализация по поводу СН за 3 года; применялись эмпаглифлозин и дапаглифлозин. Частота первичной конечной точки была значительно ниже в группе иНГЛТ2 (8,4 против 14,6% в группе без иНГЛТ2), и снижение риска составило 31% (ОР=0,69; р=0,002), в т.ч. более низкий уровень смертности от всех причин (ОР=0,43; р<0,001) и госпитализаций по поводу СН (ОР=0,77; р=0,048). Впервые был получен эффект снижения частоты ишемического инсульта в группе принимавших иНГЛТ2 (10,3 против 16,9% в контроле, ОР=0,75; р=0,004).
В мета-анализе 20 РКИ (n=63 604) проводился анализ ассоциации между применением иНГЛТ2 у пациентов с СД и без СД и риском развития ФП и инсульта [22]. В РКИ применялись дапаглифлозин, канаглифлозин, эмпаглифлозин и эртуглифлозин; период наблюдения варьировался от 24 до 202 недель. По результатам анализа, лечение иНГЛТ2 было связано со значительным снижением риска развития ФП (на 18%) (ОР=0,82; р=0,002) по сравнению с контролем, но не было обнаружено существенных различий в частоте инсульта (ОР=0,99; 95% ДИ: 0,85–1,15).
В последующих анализах проводилось более детальное изучение вопроса: является ли эффект иНГЛТ2 по предупреждению ФП класс-специфическим для всех препаратов данного класса?
Недавний анализ обширной системы отчетности о нежелательных явлениях FDA (США), включившей более 700 тыс. нежелательных явлений со всего мира, выявил более низкую частоту возникновения ФП у пациентов с СД, получавших иНГЛТ2, по сравнению с другими сахароснижающими препаратами [23]. Так, частота случаев ФП на фоне лечения иНГЛТ2 за 2014–2019 гг. составила 4,8 против 8,7 на 1000 пациентов и снижение риска на 45% (ОР=0,55; p<0,001), в т.ч. ОР=0,47 (95% ДИ: 0,39–0,56) для канаглифлозина, ОР=0,51 (95% ДИ: 0,40–0,65) для дапаглифлозина и ОР=0,71 (95% ДИ: 0,59–0,86) для эмпаглифлозина. Данный весьма значимый результат подтвердился после исключения сообщений об использованных антиаритмических препаратах, а также вне зависимости от наличия СД, заболеваний почек и/или других сердечно-сосудистых заболеваний, что указывает на сильный антиаритмический эффект.
В мета-анализе 16 РКИ, в которых приняли участие 38 335 пациентов с СД, применение иНГЛТ2 значительно снижало ФП/ТП – на 24% (ОР=0,76; р=0,001), и смертность от всех причин на 9% (ОР=0,91; p=0,03) по сравнению с плацебо, причем эффект наблюдался только при долгосрочном лечении (более 2 лет) [24]. В подгруппах разных препаратов класса иНГЛТ2 только дапаглифлозин показал значимое снижение количества случаев ФП/ТП (ОР=0,73; p=0,02), но для канаглифлозина и эмпаглифлозина достоверного эффекта выявлено не было.
В том же мета-анализе иНГЛТ2 также значительно снижали САД (Δ – 3,34 мм рт.ст.; р<0,00001), ДАД (Δ – 1,11 мм рт.ст.; р<0,0001) и массу тела (Δ – 2,12 кг; р<0,00001), что может частично объяснять антиаритмический эффект иНГЛТ2.
В систематическом обзоре и мета-анализе 33 РКИ (n=66 685) проанализированы случаи ФП/ТП у пациентов, принимавших иНГЛТ2 [25]. Суммарная частота развития ФП/ТП оказалась на 19,33% ниже в группе иНГЛТ2, чем на плацебо (0,96 против 1,19%), и снижение риска составило 17% (ОР=0,83; р=0,01). Частота развития только случаев ФП также была значительно ниже (0,82 против 1,06% со снижением риска на 19% (ОР=0,81; р=0,01). Однако анализ данного эффекта для разных препаратов класса иНГЛТ2 выявил достоверное снижение ФП/ТП только для дапаглифлозина (1,02 против 1,49%; ОР=0,73; р=0,002), но не было получено достоверного результата для канаглифлозина, эмпаглифлозина, эртуглифлозина, сотаглифлозина.
Еще в одном мета-анализе 6 РКИ по применению иНГЛТ2 у пациентов с ХСН с низкой ФВ (n=9467) также показано значимое снижение риска комбинированного исхода ФП/ТП (ОР=0,64; р=0,004) и риска ФП (ОР=0,62; р=0,005) по сравнению с плацебо [26]. Анализ подгрупп показал, что применение эмпаглифлозина приводило к значительному снижению риска ФП/ТП (ОР=0,50; р=0,002) и ФП (ОР=0,55; р=0,01). Напротив, применение дапаглифлозина не было связано со значительным снижением риска ФП/ТП (ОР=0,82; р=0,38) и ФП (ОР=0,69; р=0,12).
Механизмы действия иНГЛТ-2 в предупреждении аритмий
СД и СН относятся к факторам, провоцирующим развитие аритмий. СН представляет собой конечную стадию различных заболеваний сердца, наиболее распространенной из которых является гипертоническая болезнь сердца. Двумя основными причинами смерти пациентов с СН являются сократительные и электрические нарушения, приводящие к сердечным аритмиям и внезапной аритмогенной смертности. Полагают, что триггерная причина возможных нарушений при СН связана с дисрегуляцией внутриклеточного обмена кальция, что объединяет механизм сократительных и электрофизиологических механизмов [27].
Триггерные и возвратные аритмии (ре-энтри) являются двумя основными и непосредственными механизмами аритмогенеза. Кроме того, аритмии чаще возникают, когда сердце подвергается патологическим условиям, таким как обострение окислительного стресса, активация воспаления, ацидоз, гипоксия, нарушение энергетического обмена миокарда, ионные нарушения, нарушение микроциркуляции, симпатическая стимуляция и т.д. [4, 28].
В качестве механизмов взаимодействия между иНГЛТ2 и миокардом обсуждаются многочисленные причины, в т.ч. как прямые эффекты, обусловливающие антиаритмическое действие, так и косвенные, включающие осмотический диурез, снижение АД, гемодинамической нагрузки, ремоделирования сердца и массы тела [4, 28].
Прямые механизмы антиаритмического действия иНГЛТ2 включают полезные метаболические эффекты, такие как активация кетоновых тел, свободных жирных кислот и утилизация аминокислот с разветвленной цепью, которые изменяют энергетическое обеспечение миокарда; противодействие вредным внутриклеточным изменениям и нарушениям ионного гомеостаза, вызванным повреждением миокарда; противовоспалительное действие; модуляция симпатических влияний на сердце (рисунок) [29–31].
Хроническое системное воспаление, окислительный стресс и фиброз тесно связаны между собой и играют ключевую роль в патогенезе возникновения аритмии, способствуя структурному ремоделированию сердца [28, 29]. В экспериментальных исследованиях сообщалось, что иНГЛТ2 значительно снижают сердечно-сосудистый окислительный стресс и воспаление: уменьшают количество активных форм кислорода и азота, уровень ряда провоспалительных цитокинов, а также инфильтрацию миофибробластов, что препятствует формированию сердечного фиброза и может участвовать в прямом антиаритмическом действии посредством антиоксидантного эффекта и противовоспалительных реакций [28, 29]. ИНГЛТ2 ингибируют сердечный фиброз на экспериментальных моделях, подавляя профибротические маркеры (IL-6, TNF-α), такие как коллаген типа I, фактор роста соединительной ткани (CTGF), матриксную металлопротеиназу-2 (MMP2) и трансформирующий фактор роста бета (TGF-β), которые индуцируют активацию фибробластов и развитие фиброза, что уменьшает ремоделирование миокарда и может быть потенциальным механизмом антиаритмического действия [29].
Одним из механизмов кардиопротекции для иНГЛТ2 является переключение энергетического обеспечения миокарда за счет снижения уровня глюкозы в плазме и утилизации глюкозы на образование кетоновых тел, а также сдвига метаболизма миокарда в сторону жирных кислот [32]. Согласно гипотезе «экономичного субстрата», эти кетоны улучшают энергетику и эффективность работы сердца, поскольку являются «экономным» топливом для сердца. Кроме того, иНГЛТ2 усиливают эритропоэз за счет увеличения секреции эритропоэтина, что способствует увеличению снабжения миокарда кислородом и метаболической способности [33]. Согласно современным представлениям, улучшение метаболизма кардиомиоцитов в первую очередь отвечает за способность иНГЛТ2 предупреждать развитие аритмии.
Доказано, что электрическое ремоделирование сердца участвует в процессе возникновения и поддержания ФП [28]. Ремоделирование ионных каналов является основой электрического ремоделирования сердца, и важную роль в возникновении и поддержании аритмий играет внутриклеточная перегрузка Na+ и Ca2+, вызванная ремоделированием Na+- и Ca2+-каналов. Ионный гомеостаз Ca2+ и Na+ в миокарде крайне необходим для передачи электрического сигнала, регуляции сердечного ритма и производства энергии кардиомиоцитами [28, 34]. Даже небольшие изменения содержания Na+ в цитоплазме оказывают множественное воздействие на сердце, влияя на внутриклеточные уровни Ca2+ и pH, тем самым модулируя сократимость сердца. Нарушение функции митохондрий затрудняет выработку АТФ, в результате чего угнетается функция натриевых и кальциевых насосов на клеточной мембране, происходит перегрузка концентрации Na+ и Ca2+ в цитоплазме кардиомиоцитов, нормальная электрическая активность кардиомиоцитов нарушается, что приводит к аритмиям. Нарушения внутриклеточного кальция могут иметь триггерную роль в генезе отсроченных постдеполяризаций [35]. На экспериментальных моделях у животных показано прямое антиаримическое действие иНГЛТ-2 за счет улучшения обмена кальция и окислительно-восстановительного процесса в митохондриях кардиомиоцитов благодаря НГЛТ2-независимым механизмам [36, 37]. Также сообщалось, что эмпаглифлозин напрямую ингибировал сердечный NHE-1, снижая внутриклеточный уровень Na+ и Ca2+ и увеличивая митохондриальное содержание Ca2+ [38].
Таким образом, кардиопротективный и антиаритмический эффекты иНГЛТ2, возможно, реализуются через рецептор NHE1 с влиянием на модуляцию окислительного стресса, жесткость миокарда, ремоделирование внеклеточного матрикса миокарда и системное воспаление [39, 40]. Ионные механизмы иНГЛТ2 оказывают регулирующее и стабилизирующее влияние на электрофизиологические изменения сердца и электрическое ремоделирование сердечной мышцы, что может быть потенциальной основой их антиаритмического действия.
Непрямые механизмы, посредством которых иНГЛТ2 оказывают антиаритмическое действие, включают снижение гемодинамической нагрузки, уменьшение проявлений сердечной недостаточности, торможение активности симпатических нервов и снижение массы тела.
Основной механизм действия иНГЛТ2 связан с ингибированием НГЛТ2 в эпителиальных клетках проксимальных канальцев почек. Торможение реабсорбции Na+ и глюкозы значительно увеличивает диурез, снижая преднагрузку сердца, уровень АД (постнагрузку), потребление кислорода миокардом и улучшая сердечную функцию [41]. Также в клинических исследованиях выявлено снижение веса на фоне лечения иНГЛТ2, обусловленное достижением отрицательного энергетического баланса за счет диуреза, экскреции Na+ и глюкозы [42]. Так, в исследованиях с эмпаглифлозином и дапаглифлозином наряду со снижением веса выявлено уменьшение жировой ткани в эпикарде, что приводило к снижению секреции адипокинов, которые оказывают влияние на уровень экспрессии ионных каналов в кардиомиоцитах, и предупреждению риска аритмии [43, 44]. Так, в специально проведенном анализе связи снижения веса и риска ФП на фоне терапии иНГЛТ2 было выявлено, что по сравнению с отсутствием снижения веса риск ФП значительно снижался при потере массы тела на 5% (ОР=0,39; 95%ДИ: 0,22–0,68) [45].
Симпатическая активность и вегетативный дисбаланс способствуют развитию сердечных аритмий. Исследования показали, что иНГЛТ2 могут ингибировать симпатический тонус, снижать секрецию симпатических медиаторов в плазме и оказывать прямое воздействие на кардиомиоциты, уменьшать потребление кислорода миокардом для защиты и поддержания нормальной сердечной функции [46].
Все эти эффекты могут участвовать в антиаритмическом эффекте иНГЛТ2, который также во многом является плейотропным.
Заключение
иНГЛТ2 – новый тип гипогликемических препаратов, который может эффективно и безопасно регулировать уровень глюкозы в крови, а также значительно снижать частоту развития сердечно-сосудистых осложнений, включая возникновение и прогрессирование СН, благодаря ряду положительных плейотропных эффектов.
Накоплены клинические данные, подтвержденные экспериментальными исследованиями, что иНГЛТ2 уменьшают аритмию и связанные с аритмией неблагоприятные исходы у пациентов с СД и СН. Отмечено последовательное снижение частоты предсердных и желудочковых аритмий, и в основном это общий эффект для препаратов класса иНГЛТ2.
В настоящее время проводятся многочисленные исследования, направленные на изучение потенциальной роли иНГЛТ2 в контексте лечения аритмии.
Механизм антиаритмического действия иНГЛТ2 может предупреждать возникновение и развитие аритмий и связан с регрессом структурного ремоделирования сердца, улучшением электрического ремоделирования, митохондриальной дисфункции, уменьшением воспаления, окислительного стресса и фиброза.
Таким образом, иНГЛТ2 хорошо зарекомендовали себя в клинической практике, а соответствующие клинические исследования и фундаментальные эксперименты показали, что они обладают антиаритмическим эффектом, однако точные механизмы все еще требуют дальнейшего изучения.
В настоящее время проводятся многочисленные исследования, направленные на изучение потенциальной роли иНГЛТ2 в контексте лечения аритмии [47–50]. Эти исследования направлены на то, чтобы выяснить значимость иНГЛТ2 для лечения аритмий и определить точную степень их влияния.
